Приговор по делу о клевете[
— УжаÑ?но Ñ?мешно, что Ñ?нова поÑ?леднее Ñ?лово. ВеÑ?ÑŒ день Ñ? утра до Ñ?того прокурор раÑ?Ñ?казывала, что Ñ? требую какой-то иÑ?ключительноÑ?ти длÑ? Ñ?ебÑ?. Мне кажетÑ?Ñ?, то, что у человека может быть два поÑ?ледних Ñ?лова в один день — Ñ?то тоже какаÑ?-то иÑ?ключительноÑ?Ñ‚ÑŒ, которой, впрочем, Ñ? длÑ? Ñ?ебÑ? не требовал, но, тем не менее, она у менÑ? еÑ?Ñ‚ÑŒ.
ДлÑ? поÑ?леднего Ñ?лова у менÑ? еÑ?Ñ‚ÑŒ бумажка вот Ñ?та, она довольно задрипаннаÑ?, потому что Ñ? ее в кармане ношу каждый процеÑ?Ñ?. И когда Ñ? из СИЗО выхожу, менÑ? обыÑ?кивают и каждый раз говорÑ?Ñ‚: "Ðто что такое! Ð?ельзÑ?! Можно только материалы дела". Ð? Ñ? говорю: "Ðто мой материал дела Ñ?амый главный". Помните, в Ñ?амом начале вы нам дали полчаÑ?а на ознакомление Ñ? материалами дела. Ð?у, Ñ? поÑ?мотрел — а что там Ñ?мотреть-то: Ñ?фальÑ?ифицированные материалы и подпиÑ?и? ЕдинÑ?твеннаÑ? вещь, единÑ?твеннаÑ? Ñ?траничка, котораÑ? менÑ? интереÑ?овала, Ñ? Ñ? нее Ñ?делал выпиÑ?ку, и потом в течение процеÑ?Ñ?а Ñ? так вот ее из кармана доÑ?тавал и украдкой Ñ?мотрел. Каждый раз в Ñ?амые такие пафоÑ?ные моменты, когда прокурорша изображала здеÑ?ÑŒ Ñ?лезы и говорила: "Ветераны — Ñ?то наше вÑ?е! Мы их так любим! Ð?аше гоÑ?ударÑ?тво ради ветеранов и Ñ?ущеÑ?твует, и только такие, как вы, их оÑ?корблÑ?ете"…
И даже потом, когда в Ñ?воей камере Ñ? телевизор включал… Как ни включишь — там раÑ?Ñ?казывали, что Ñ? оÑ?корбил ветерана, ветераны, конечно — Ñ?то Ñ?амое важное, что еÑ?Ñ‚ÑŒ в Ñ?тране, и вÑ?Ñ? РоÑ?Ñ?иÑ? опÑ?Ñ‚ÑŒ же Ñ?ущеÑ?твует длÑ? ветеранов, Ñ? Ñ?нова доÑ?тавал бумажку и Ñ?мотрел на нее.
Ð? Ñ?то лиÑ?точек — Ñ?правка из отдела Ñ?оциального обеÑ?печениÑ?, и они там пишут, какую помощь они оказали ветерану Ð?ртеменко. И вот там Ñ?правка за поÑ?ледние четыре года, и указано, что поÑ?ледний раз он получил продуктовый набор ноль шеÑ?того ноль Ñ?едьмого, а вÑ?его за четыре года он получал помощь Ñ?емь раз.
Три раза получил Ñ?ертификаты на промтовары, один раз — набор продуктов, и три раза он получил Ñ?ертификат на продукты, и, еÑ?ли Ñ? правильно поÑ?читал, то общаÑ? Ñ?тоимоÑ?Ñ‚ÑŒ Ñ?тих Ñ?ертификатов за четыре года — примерно 11 Ñ‚Ñ‹Ñ?Ñ?ч рублей. Вот и вÑ?Ñ? ваша забота, е-мое, о ветеранах, лицемерные вы негодÑ?и! Вот в Ñ?том и выражаетÑ?Ñ? вÑ?е наÑ?тоÑ?щее отношение к ветеранам, к пожилым людÑ?м, ко вÑ?ем в Ñ?той Ñ?тране.
Еще одна Ñ?траница материалов дела — Ñ?то Ñ?оÑ?тав Ñ?ледÑ?твенной группы. 15 человек из разных регионов, 15 бездельников и охламонов Ñ?везли в МоÑ?кву, дали им жилье, дали им командировочные и зарплаты длÑ? того, чтобы они раÑ?Ñ?ледовали Ñ?то преÑ?тупление. Ð?а Ñ?то ушло больше денег, чем ветеран получил от гоÑ?ударÑ?тва помощи, наверное, за вÑ?ÑŽ жизнь. Один день Ñ?того Ñ?уда — поÑ?читаете, Ñ?колько здеÑ?ÑŒ Ñ?тоит гоÑ?Ñ?лужащих — Ñ?тоит гораздо гораздо больше, чем ветеран, учаÑ?тник войны Ð?ртеменко, получил за четыре года помощи от гоÑ?ударÑ?тва, которое оÑ?меливаетÑ?Ñ? заÑ?влÑ?Ñ‚ÑŒ о том, что оно заботитÑ?Ñ? о ветеранах. Самое отвратительное, гнуÑ?ное, омерзительное, что вот еÑ?Ñ‚ÑŒ в Ñ?той влаÑ?ти — Ñ?то то, что оно Ñ?ущеÑ?твует длÑ? того, чтобы грабить вот Ñ?тих людей, Ñ?амых неÑ?чаÑ?тных — ветеранов, Ñ?тих пенÑ?ионеров. Они же иÑ?точник Ñ?тих денег! Откуда дворцы Ñ?ти берутÑ?Ñ? и ершики Ñ?тоимоÑ?тью по 50 Ñ‚Ñ‹Ñ?Ñ?ч рублей за штуку туалетные?!
Мы знаем, что деньги не берутÑ?Ñ? из ниоткуда, они взÑ?Ñ‚Ñ‹ оттуда: кого-то не долечили, кого-то не доучили, кому-то не купили инвалидное креÑ?ло, кому-то не дали лекарÑ?тв длÑ? того, чтобы поÑ?троить дворец, длÑ? того, чтобы тещам Путина купить квартиры, чтобы у Медведева было четыре дворца. И каждому нужно дать, и чтобы дать, нужно у кого-то отнÑ?Ñ‚ÑŒ. И они отнимают. Ð?о длÑ? того, чтобы защитить Ñ?вою возможноÑ?Ñ‚ÑŒ воровÑ?тва, они иÑ?пользуют тех, кого обокрали. Ðто и еÑ?Ñ‚ÑŒ Ñ?амое отвратительное.
Вот здеÑ?ÑŒ выÑ?тупал такой чучундрик, который напиÑ?ал на менÑ? заÑ?вление. И он Ñ?казал лучшую фразу за веÑ?ÑŒ процеÑ?Ñ?: "Я Ñ?мотрю Ñ?тот ролик, и там человек пожилой, и видно, что бедный. Ð? значит он пенÑ?ионер и ветеран". Ð? чего он бедный-то? Ð? почему в нашей Ñ?тране Ñ?то абÑ?олютнаÑ? аÑ?Ñ?оциациÑ? у любого: ну, ветеран — значит бедный. Так почему же, Ñ? не понимаю? ЕÑ?ли Ñ?то учаÑ?тник войны, и вы вÑ?е надрывалиÑ?ÑŒ и раÑ?Ñ?казывали, как вы их любите, почему Ñ?разу Ñ? первого взглÑ?да видно, что он бедный?! Почему, еÑ?ли мы возьмем Ñ?траны тех, кто проиграл войну: ИталиÑ?, ГерманиÑ?, ЯпониÑ?... Значит, в РоÑ?Ñ?ии Ñ?амаÑ? маленькаÑ? пенÑ?иÑ?. Я пиÑ?ал такой законопроект, чтобы повыÑ?ить до уровнÑ? Ñ?олдата немецкого БундеÑ?вера. Ð?ет, нельзÑ? повыÑ?ить, потому что не хватит денег, чтобы поÑ?троить дворец.
ДлÑ? того, чтобы в Геленджике или на южном берегу Франции возникали Ñ?ти клаÑ?Ñ?ные дома единороÑ?Ñ?ов, нужно кого-то обокраÑ?Ñ‚ÑŒ и, конечно, лучше вÑ?его, удобнее вÑ?его, обокраÑ?Ñ‚ÑŒ пенÑ?ионера. Ð?аша влаÑ?Ñ‚ÑŒ, знаете, от Путина, «Единой РоÑ?Ñ?ии» до ваÑ? до вÑ?ех, она превратилаÑ?ÑŒ в огромную Ñ?винью, котораÑ? из корыта Ñ? нефтедолларами хлебает, заÑ?унув туда Ñ?вою голову, а когда ей Ñ?тучат по голове: "Ð?ле, Ñ?то же здеÑ?ÑŒ длÑ? вÑ?ех", а вы голову выÑ?овываете и говорите: "Что?! Ð?е позволим оÑ?корблÑ?Ñ‚ÑŒ ветеранов"».
Да какое вы, ваш Путин и «ЕдинаÑ? РоÑ?Ñ?иÑ?» имеете вообще отношение к Ñ?той войне? Из окопов не вылезали? Ð’Ñ‹ иÑ?пользуете, потому что вам не хочетÑ?Ñ? говорить по-наÑ?тоÑ?щему, потому что очень неловко обÑ?уждать любую текущую проблему. С вами хотÑ?Ñ‚ поговорить про коррупцию, бедноÑ?Ñ‚ÑŒ, про неравноправие, а Ñ?казать вам об Ñ?том нечего.
И когда конкретные люди вроде менÑ? начинают задавать Ñ?лишком оÑ?трые вопроÑ?Ñ‹, Ñ?разу возникает: «Какой дворец? Какой Димон? Давайте поговорим про ветеранов». И ровно длÑ? Ñ?того придуман Ñ?тот процеÑ?Ñ?.
Один из Ñ?амых гадких моментов процеÑ?Ñ?а, когда прокурор читала Ñ?фабрикованные показаниÑ?. Ð’Ñ?ем понÑ?тно, деÑ?Ñ?Ñ‚ÑŒ Ñ?траниц показаний, они же Ñ?начала Ñ?обралиÑ?ÑŒ и Ñ?казали: «Ð?у, нам нужны какие-то показаниÑ?, чтобы показать в Ñ?уде, а дедушка Ñ?тарый и уже говорить не может. Ð?, черт Ñ? ним, возьмем его Ñ?тарые мемуары». ВзÑ?ли мемуары, подпиÑ?алиÑ?ÑŒ, поÑ?меÑ?лиÑ?ÑŒ, ну а что — дед Ñ?тарый, ему вÑ?е равно. Ð? потом она читала, делала паузы, изображала, что голоÑ? у нее дрожит.
Ð? Ñ? хочу напомнить, например, о недавнем важном Ñ?пизоде в нашей Ñ?тране, когда в КраÑ?нодарÑ?ком крае под непоÑ?редÑ?твенной крышей бывшего Генпрокурора [ЮриÑ?] Чайки и его окружениÑ?, дейÑ?твовала банда Цапка, котораÑ? терроризировала целую Ñ?таницу, наÑ?иловала школьниц, убивала людей. Ð? поймали их только поÑ?ле того, потому что крышевала их прокуратура и Ñ?уды, как они вырезали целую Ñ?емью, убили взроÑ?лых и детей, Ñ?ложили во дворе, подожгли, а новорожденного ребенка живого — Ñ?то официальные материалы дела — броÑ?или в Ñ?тот коÑ?тер. Ðто вÑ?е Ñ?лучилоÑ?ÑŒ, потому что за ними Ñ?тоÑ?ла прокуратура, за ними Ñ?тоÑ?ли Ñ?уды, за ними Ñ?тоÑ?ла «ЕдинаÑ? РоÑ?Ñ?иÑ?». И голоÑ? у ваÑ? Ñ?овершенно не дрожит, хотÑ? Ñ?то Ñ?амое наÑ?тоÑ?щее фашиÑ?Ñ‚Ñ?кое преÑ?тупление. ГолоÑ? у ваÑ? не дрожит, а наоборот, вы очень бодрым голоÑ?ом говорите: «Ð? кто поÑ?ледний в каÑ?Ñ?у?». И вы готовы обÑ?луживать вот Ñ?того огромного Ñ…Ñ€Ñ?ка, потому что надеетеÑ?ÑŒ, что вам перепадут какие-то крошки.
Я включаю телевизор и вижу Ñ?тыдный репортаж, показывают тот Ñ?пизод, когда, значит, ветеран узнал, что его оÑ?корбил Ð?авальный и ему Ñ?тало плохо. И так Ñ?лучилоÑ?ÑŒ удивительным образом, что в Ñ?тот момент, конечно, дома была Ñ?ъемочнаÑ? группа, котораÑ? Ñ?нимает его камерой, показывают: лежит человек в труÑ?ах на одеÑ?ле, Ñ€Ñ?дом внук Ñ?тоит и в глазах его Ñ?чаÑ?тье, он доволен, и у него на лице напиÑ?ано "Боже мой, какое Ñ?чаÑ?тье, Ñ? наконец-то монетизировал деда. ПолучилоÑ?ÑŒ!". Ð’Ñ?е Ñ?чаÑ?тливые: камеры Ñ?нимают, за камерой, наверное, Ñ?тоит Маргарита СимоньÑ?н котораÑ? говорит: "Давай, дед, не рыпайÑ?Ñ?, лежи".
Ð’Ñ‹ вÑ?ем Ñ?тим процеÑ?Ñ?ом, цель которого понÑ?тна, унизили и оÑ?корбили вот Ñ?тих вÑ?ех ветеранов в деÑ?Ñ?Ñ‚ÑŒ хуже, чем вÑ?е, что вы делали до Ñ?того. Ð’Ñ‹ унижали доÑ?тоинÑ?тво, иÑ?пользовали человека как куклу. Он то хочет выÑ?тупать, то не хочет, да вы проÑ?то открыто подпиÑ?ываетеÑ?ÑŒ за него. Он в вашем предÑ?тавлении не человек, длÑ? ваÑ? и вашей влаÑ?ти Ñ?то проÑ?то механизм, кукла, которую вы хотите иÑ?пользовать длÑ? Ñ?ебÑ?.
Я начал Ñ? Ñ?того Ñ?вое выÑ?тупление и продолжу: за Ñ?то вÑ?е вы будете гореть в аду. Я надеюÑ?ÑŒ, вот вы люди более-менее молодые, вы не только будете в аду гореть, но и ответите перед нормальным человечеÑ?ким Ñ?удом. Я понимаю, что вы уÑ?троили проÑ?то длÑ? того, чтобы вечером Ñ?казать: "Ð?авальный Ñ?идит не потому что, значит, Ñ?крывалÑ?Ñ? от Ñ?ледÑ?твиÑ?, а потому что оÑ?корбил ветерана". Будете дальше ездить по ушам зрителÑ?м.
Какое-то количеÑ?тво вашей телепублики вы обманете, но Ñ? уверен, ваш план не Ñ?работает. Огромное количеÑ?тво людей, которое Ñ?ледит за процеÑ?Ñ?ом, им также противно и тошно как и мне, потому что они, в отличие от ваÑ?, Ñ?читают ветеранов, пенÑ?ионеров, да кого угодно нормальными людьми, над которыми нельзÑ? издеватьÑ?Ñ?, за них нельзÑ? подпиÑ?ыватьÑ?Ñ?, подделывать заÑ?влениÑ?, Ñ?нимать в беÑ?помощном Ñ?оÑ?тоÑ?нии. И то, что вы задумали, Ñ? уверен, у ваÑ? не получитÑ?Ñ? и так или иначе право возьмет Ñ?вое и каждый ответит по заÑ?лугам. СпаÑ?ибо.
Тынц
